Новости русской истории:

Информация об исторических мероприятиях: конкурсах, конфренциях, грантах; исторические проекты. Поддержка молодых историков.

Святая Гора Афон как центр Православного Возрождения XIV в. (Ложкина Н.А, кандидат культурологии, сотрудник Государственного Эрмитажа)

AfonШарль Диль впервые указал на  несоответствие  экономического,  политического упадка Византии  в последний период существования империи расцвету ее искусства.[1] Феноменом явилась блестящая пора Православного Возрождения на Афоне XIV-первой половины XV в., которая дала мощный толчок Возрождению стран Византийского Содружества. В середине XIV в. это восточно-христианское мистическое учение, возрожденное и обновленное выдающимися деятелями православия  — преп. Григорием Синаитом и преп. Григорием Паламой, стало ядром международного культурного движения, укреплявшего восточно-христианскую цивилизационную идентичность православных стран и одновременно стимулировавшего развитие их самобытных национальных культур. Проф.Г.М.  Прохоров считает, что исихазм XIV-XVI веков, повлиявший на литературу, искусство, философию и политику, был Православным Возрождением, и приводит в пример влияние гуманизма на западноевропейскую политику эпохи Возрождения. Исихастские споры, по мнению Г.М. Прохорова, стали точкой и встречи, и расхождения двух европейских Возрождений[2].  Большое значение в развитии  данной концепции сыграл также  труд одного из самых известных западных славистов профессора Рикардо Пиккио «История древнерусской литературы».[3] Первое издание было опубликовано в 1959 г., второе — в 1968 г. Главу 2 ученый назвал  «Славянское православное Возрождение», где он рассматривает культурные связи Руси в свете второго южнославянского влияния. «В XIV–XV вв. еще более усилилось значение Афона как места, где русские образованные люди встречались с греками, сербами и болгарами,  –отмечает М.Н. Тихомиров. «Святая Гора» была в полном смысле слова международным центром православного Востока, и значение ее в развитии русской культуры чрезвычайно велико»[4]. Афонские монастыри становились очагами просвещения, книжности, где переписывались и переводились на языки христианских народов святоотеческие творения и церковная литература. Обители Афона, будучи не только духовными, но и культурными центрами, выполняли объединительную роль: идейной силой, связующей эти обители, выступало их религиозно-мистическое учение. Кроме Афона значительным центром такого рода, способствовавшим духовно-культурному общению и объединению славян и греков в XIV–XV вв., был Константинополь. Такое общение ромеев и славян стало основой сотрудничества в области культуры, искусства. Духовный авторитет международного масштаба, которым пользовался Григорий Синаит, способствовал развитию исихастских религиозно-антропологических представлений как в самой Византии, так и в странах Византийского Содружества. Труды  Синаита  идейно подготовили победу Григория Паламы (1296–1359) как главы и философского защитника исихастов в многолетнем споре со сторонниками теологического рационализма.

          В этом контексте представляется уместным привести слова еп. Алексия (Дородницына) об идейной связи Григория Синаита и Григория Паламы: «несмотря на отсутствие всяких данных, можно было бы признать святого Паламу личным учеником святого Синаита, а учение святого Григория Паламы служит дополнением, дальнейшим развитием учения святого Григория Синаита».[5] До сих пор существует вопрос – были ли личные контакты между преп. Григорием Синаитом и святителем Григорием Паламой, теоретически обосновавшим главные вопросы Православного Возрождения? Иг. Петр (Пиголь) делает  предположение, что их первая встреча   произошла  в 1323 году, когда святой  Григорий Палама подвизался в скиту Глосия, находившемся недалеко от Магулы — скита Синаита[6],  и приводит свидетельство из  Жития святителя, где  засвидетельствовано, что Палама проходил науку умной молитвы, изучал таинства созерцания, в полной мере осваивал исихастское учение под руководством старца Григория[7]. Вероятнее всего, это был преподобный Григорий Синаит».[8] О совместных подвигах этих двух великих исихастов в Лавре святого Афанасия говорит и современный болгарский исследователь В. Киселков[9]. Епископ Алексий (Дородницын) отмечает: «стоит вне всякого сомнения— и безусловно подтверждается сравнением учения их обоих, так что, даже несмотря на отсутствие всяких данных, можно было бы признать святого Паламу личным учеником святого Синаита, а учение святого Григория Паламы служит дополнением, дальнейшим развитием учения святого Григория Синаита».[10]

И.Ф.  Мейендорф  проанализировал сочинения  Григория Синаита и пришел к выводу, что в них возрождена и систематизирована вся предшествующая исихастская традиция – умозрительная интеллектуалистская мистика Евагрия, идеи и пророческий дух Симеона Нового Богослова, учение о сердце в наставлениях египетских и синайских аскетов III–VI вв. «Эта систематизация Григорием Синаитом исихастской духовности, – подчеркивал И.Ф. Мейендорф, – одновременно и облегчила Паламе его богословский синтез, и сделала его более нужным».[11] Подводя итоги значения  деятельности  преп. Григория Синаита иг. Петр (Пиголь) отметил, что в местах подвигов святого Григория Синаита создавались духовные центры, создавались очаги духовности, с которых начиналось общее возрождение монашества, затем для своих учеников святой Григорий написал  ряд аскетических сочинений, учитывая богатый многовековой опыт подвижников-исихастов, он привел их наставления и принципы учения в стройную систему и изложил ее в применении к понятиям своих современников; преп. Григорий Синаит духовно породил и воспитал целую плеяду последователей, которые преемственно восприняли от него и распространили во все концы света тайны внутреннего делания — исихии; школа преп. Григория Синаита оказала большое влияние на религиозно-культурную жизнь Византии и всего православного мира. Монастыри, основанные преподобным Григорием и его учениками, были очагами аскетических подвигов и спасительного пути жизни.  Синаитско-святогорское исихастское  движение оплодотворило культуру православных народов XIV—XV веков. Им, его духом, духовной и идейной направленностью было вдохновлено не только монашество — им были проникнуты вся церковная и государственная политика, архитектура и искусство, литература и общественное устройство.[12]

Давая оценку учению свт. Григория Паламы архиеп. Василий (Кривошеин) пишет, что «среди оригинальных… аспектов его богословия следует отметить мысль о важном значении тела в духовной жизни, о предназначении мира ангельского и мира человеческого, о деятельности (энергии) человека, а также его апологию "художественной молитвы" и тематическое  развитие, которое  он в рамках общего богословия привносит в богомыслие о Божестве, о нетварном  Свете, о сущности и энергиях, соотнося эти мысли между собой и исследуя их в их соотношении с "Божественной простотой". В конце концов мы можем сказать, что традиционное мистическое учение православного Востока обрело в его творениях как свое систематическое выражение, так и философское и богословское оправдание».[13]

 Победа исихастов  – философская и политическая способствовала утрате  влияния варлаамитов на культурно-исторический процесс в Византии. Большинство из них предпочло переместиться в Италию, и в дальнейшем они реализовали себя в ее предренессанской и ренессансной культуре. Исихастские споры, по утверждению Г. М. Прохорова, «были точкой встречи и расхождения двух европейских Возрожденийв самом начале их пути».[14]  Прот. Иоанн (Мейендорф) сделал  важный вывод, который касался того культурного направления, который под влиянием исихазма  выбирает православный Восток – полное неприятие идей гуманистического Возрождения Запада в основе которого лежал эгоистический и самодостаточный  антропоцентризм. Кроме того, как замечает  прот. Иоанн: богословское направление свт. Григория высвободило православное богословие от предубеждений неоплатонизма и узких рамок библейского монизма.[15] Анализируя культурно-исторические этапы развития исихазма, прот. Иоанн (Мейендорф), выделил четыре значения этого понятия: идеал индивидуального отшельничества раннехристианских аскетов; психосоматический метод созерцания, сопровождаемый практикой безмолвного повторения Иисусовой молитвы; система религиозно-философских понятий, разработанных Григорием Паламой в полемике с Варлаамом.[16] Г.М. Прохоров, ввел термин «политический исихазм» как общественно-политическую и культурную программу, осуществлявшуюся византийскими религиозными и светскими деятелями внутри государства и по линиям культурных связей с православными народами Восточной Европы.[17]  Иг. Петр (Пиголь) отмечает, что  эту эпоху образовались два течения:  одно пошло по внецерковному руслу и стало известно в истории как  западноевропейский  Ренессанс: другое — Православное Возрождение — двигалось по церковному пути. Исихасты стали выразителями общественного мнения Византии и дали последний творческий синтез ее традиционной культуры. Начатое ими широкое культурно-общественное движение привело к обновлению духовной жизни средневекового общества и оживлению православия во всей Восточной Европе. Исихастское учение последовательно и убедительно раскрывает сущность православия. [18]

 Как считает иг. Игорь (Экономцев): образовалось два полюса: на одном (восточное христианство)  находится творческая личность, созидающая в синергии с Богом; на другом (западное христианство)личность, дерзающая творить самостоятельно.[19] В преддверие Вселенского собора патриарх  Филофей (Коккинос) канонизировал свт. Григория (Паламу) на Константинопольском соборе в апреле 1368 года, а также осуществил кодификацию паламитского учения в соответствующих параграфах Синодика в неделю Православия "филофеевской" редакции).  Память его праздновалась 13 ноября вместе со святителем Иоанном Златоустом. И потому он называется новый Златоуст. Так он назван в параклисе  святых Бессребренников  Ватопедского монастыря и в храме Трех Святителей в Касторье.  В 1368  году в правление его друга, выдающегося биографа Патриарха Константинопольского святителя Филофея Коккина постановили праздновать его память во второе воскресенье Великого Поста. Так было постановлено в виде продолжения праздника Торжества Православия, постольку святой считался защитником Православия и подлинным его поборником. Сохранилось множество фресок и переносных икон святителя, потому что скоро после кончины его стали почитать в Фессалониках, Касторье, Верии и на Афоне. Документы («определения») «исихастских» Константинопольских соборов 1341, 1347, 1351, 1368 гг. официально направлялись митрополиту Феогносту, и уже в середине XIV в. на церковнославянский язык был переведен Чин Православия, включавший шесть догматизированных положений теории исихазма. В Константинополе этот текст, известный как «Синодик в неделю Православия», впервые был оглашен в 1352 г.[20] [21] Проф. И.И. Соколов в оценке деяний Константинопольского соборов 1341г. и 1351г. признает его решения важными для всего Православия, считая также, что эти споры носили «принципиальный характер», и победа исихастов – это была победа «вселенской ортодоксии».[22] Византийские исихасты открыто декларировали необходимость  своего живейшего участия не только в религиозной жизни, но и в общественных делах. Григорий Палама, продвигая исихастские идеалы в область социально-экономических отношений, исходил из теоретического представления о человеке, удовлетворяющем свои потребности через посредство товарно-денежного обмена и производящего собственным профессионально специализированным трудом предметы потребления, в том числе духовного. Сочетание светских и религиозных культурных форм виделось им как согласованное взаимодействие «города» и «монастыря» в сферах внешней и внутренней политики, религиозного просвещения, образования, книжности, художественной культуры и развития международных культурных связей во всех этих аспектах. Непримиримо осуждая алчность, скупость и обогащение путем грабежа и обмана, он в то же время утверждал, что обретенное богатство не препятствует спасению души, если его обладатель боголюбив, милосерден, активен в благотворительности и в попечении о нуждающихся. Монастыри общежительного (киновиального) типа приобрели в то время именно благодаря усилиям исихастов первостепенное значение не только в организации монашеского существования, но и в хозяйственно-экономической и культурной жизни  православных  стран.

Исихазм  вышел из келий в общество и сначала его заинтересовал, а затем и завоевал[23], и стал международным общественным движением XIV века.[24]

Список литературы

 

1.Прохоров Г.М. Древняя Русь как историко-культурный феномен.. — СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2010.

2. И.М. Концевич. Стяжание Духа Святого в путях Древней Руси. М.:. Издательский отдел Московского патриархата, 1993.

3. Иг. Иоанн (Экономцев). Православие. Византия. Россия. М.: Христианская литература, 1992.

4.Петр (Пиголь), игумен. Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники.  – М.: Макцентр,1999.

5. И.Ф.Мейендорф. О византийском исихазме и его роли в культурном и историческом развитии Восточной Европы в 14в. В кн.: ТОДРЛ. Т. XXIX. Л.:Наука, 1974.

6. Архиепископ Василий (Кривошеин). Аскетическое и богословское учение святого Григория Паламы // Seminarium Kondakovianum. –Praha, 1936. № 8.

7.Алексий (Дородницын), епископ. Византийские церковные мистики XIV в. // Полное собрание сочинений. –Саратов,1913.

8. Соколов И.И. Свт. Григорий  Палама, архиепископ Фессалоникийский, его труды и учение об исихии. Никифор Влеммид, византийский ученый и церковный деятель XIII века. Церковная политика византийского императора Исаака II Ангела. – СПб.: Издательство Олега Абышко, 2004. (Библиотека христианской мысли. Исследования).

9. Прохоров Г.М. Повесть о Митяе / Г.М. Прохоров. — Ленинград : Наука.

10. Киселков В. Св. Патриах Евфимий. Болгария: София, 1938.

11. Афонский патерик. Ч. 1. — Москва: Типо-Литография И. Ефимова,1897. Ч.2.

Рикардо Пиккио. История древнерусской литературы. —М.:  Языки славянской культуры, 2002.

12. Тихомиров М.Н. Исторические связи России со славянскими странами и Византией. — М., 1969.

List of literature

1.Prohorov.  AN Ancient Russia as a historical and cultural phenomenon.. - SPb.: Publishing house of Oleg Абышко, 2010.
2. IM Kontsevich. Acquisition of the Holy spirit in the paths of Ancient Russia. - M:. The publishing Department of the Moscow Patriarchate, 1993.
3. IG. John (Экономцев). Orthodoxy. Byzantium. Russia. -M: Christian books, 1992.
4. Petr (Pigol) hegumen. The monk Gregory the Sinaite, and his spiritual successors. - M: Макцентр,1999.
5. И.Ф.Мейендорф. On Byzantine Hesychasm and its role in the cultural and historical development of the Eastern Europe in 14C. In the book: ТОДРЛ. So XXIX. HP:Nauka, 1974.
6. Archbishop Basil (Krivoshein). Ascetic and theological teachings of St. Gregory Palamas // Seminarium Kondakovianum. -Praha, 1936. № 8.
7. Alex (Дородницын), Bishop. Byzantine Church of the mysticism of the XIV century // the Complete works. -Saratov,1913.
8. I.I. Sokolov SVT. Gregory Palamas, Archbishop Фессалоникийский, his writings and teachings about hesychia. Nikifor Влеммид, Byzantine scholar and religious figure XIII century. The Church policy of the Byzantine Emperor Isaac II angel. - SPb.: Publishing house of Oleg Абышко, 2004. (Library of Christian thought. The study).
9. Prokhorov G.M. A tale of Митяе / G.M. Prokhorov. - Leningrad : Nauka.
10. Киселков Century St. Patriarch Euthymius. -Bulgaria: Sofia, 1938.
11. Athos lives. 'clock 1. - Moscow: Tipo-Lithography I. Efimova,1897. Part 2.
Ricardo Пиккио. History of old Russian literature. -M: Languages of Slavonic culture, 2002.
12. Tikhomirov M.N. Historical ties of Russia with the Slavic countries and Byzantium. - M, 1969.


[1] Культура Византии. — М.:  Наука, 1991. С. –19.

[2] Прохоров Г.М. Культурное своеобразие эпохи Куликовской битвы// ТОДРЛ.Л., 1979,Т.34, С3-17.

[3] Рикардо Пиккио. История древнерусской литературы. —М.:  Языки славянской культуры, 2002. —С.127-208.

[4] Тихомиров М.Н. Исторические связи России со славянскими странами и Византией. — М., 1969. —С. 137.

[5] Алексий (Дородницын), епископ. Византийские церковные мистики XIV в. // Полное собрание сочинений. –Саратов,1913. – С. 49–140.

[6] Петр (Пиголь), игумен. Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники.  – М.: Макцентр,1999.  – С. 81-82.

[7] Афонский патерик. Ч. 1. — Москва: Типо-Литография И. Ефимова,1897. Ч.2. – С.365.

[8] Петр (Пиголь), игумен. Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники.  – М.: Макцентр,1999.  – С. 81-82.

[9] Киселков В. Св. Патриах Евфимий. Болгария: София, 1938.С. 14.

[10] Алексий (Дородницын), епископ. Византийские церковные мистики XIV века // Поли. собр. соч. — Саратов, 1913. Т. 1. С. 49—140.

[11] Мейендорф Иоанн, протопресвитер. История церкви и восточнохристианская мистика. – М: Институт ДИ-ДИК, Православный Свято-Тихоновский богословский институт, 2000.  – С. 318.

[12]Петр (Пиголь), игумен. Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники.  – М.: Макцентр,1999.  – С. 171-173.

[13] Архиепископ Василий (Кривошеин). Аскетическое и богословское учение святого Григория Паламы // Seminarium Kondakovianum. –Praha, 1936. № 8. –С. 99-154.  

[14] Прохоров Г.М. Культурное своеобразие эпохи Куликовской битвы// ТОДРЛ.Л., 1979,Т.34, С3-17.

[15] И.Ф.Мейендорф. О византийском исихазме и его роли в культурном и историческом развитии Восточной Европы в 14в. В кн.: ТОДРЛ. Т. XXIX. Л.:Наука, 1974. –С. 292-293.

[16] И.Ф.Мейендорф. О византийском исихазме и его роли в культурном и историческом развитии Восточной Европы в 14в. В кн.: ТОДРЛ. Т. XXIX. Л.:Наука, 1974. –С. 292-293.

[17] Прохоров Г.М. Древняя Русь как историко-культурный феномен. – СПб.: Издательство Олега Абышко, 2010. –С. 5-300.

[18] Петр (Пиголь), игумен. Преподобный Григорий Синаит и его духовные преемники.  – М.: Макцентр,1999.  – С. 11.

[19] Иг. Иоанн (Экономцев). Православие. Византия. Россия. М.: Христианская литература, 1992. С.170-174.

[20]Прохоров Г.М. Древняя Русь как историко-культурный феномен.. — СПб.: Изд-во Олега Абышко, 2010. С. 160–161. Один из переводов Синодика в неделю Православия на русский язык см.: Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии.  – С. 877–882.

[21] И.М. Концевич. Стяжание Духа Святого в путях Древней Руси. М.:. Издательский отдел Московского патриархата, 1993. – С.95– 98.

[22] Соколов И.И. Свт. Григорий  Палама, архиепископ Фессалоникийский, его труды и учение об исихии. византийского императора Исаака II Ангела. – СПб.: Издательство Олега Абышко, 2004.–С.92.

[23] Прохоров Г.М. Повесть о Митяе / Г.М. Прохоров. — Ленинград : Наука, 1978. –С.13.

[24] Прохоров Г.М. Повесть о Митяе / Г.М. Прохоров. — Ленинград : Наука, 1978. –С.13.

Параметры публикации:
Разное Просмотров: 262
Печать